©ООО Издательство "Текст", 2018
е-mail: textpubl@yandex.ru


Уважаемые авторы! В связи с переполненностью редакционного портфеля издательство "Текст" до конца 2019 года прекратило принимать рукописи от авторов.  Сожалеем и до скорых встреч!
Серии издательства
"Билингва"
"Квадрат"
"Искусство..."
"Коллекция"
"Краткий курс"
"Открытая книга"
"Проза еврейской жизни"
"Чейсовская коллекция"
"Классика"
"Ильфиада"
"Детская книга"
Вне серии





.

поиск >>
рецензии
контакты

«ТЕКСТ» — самое старое из новых издательств. Основано в 1988 году. Мы отдаем предпочтение добротным книгам, написанным в разное время, но по разным причинам так и не дошедшим до российских читателей. Мы не ограничиваем себя жанрами, а лишь стараемся, чтобы среди наших книг не было серых, или, как теперь говорят, «никаких». Вот, собственно, и вся наша издательская политика. Эта нехитрая затея — издавать те книги, что нам самим по душе, — нам до сих пор нравится. Нашим читателям вроде бы тоже.

Каталог
События



Генкин, Валерий
САНКИ, КОЗЕЛ, ПАРОВОЗ: роман

Серия "Открытая книга"

2011 год
2000 экз.
429 стр.

ISBN 978-5-7516-0948-1


Герой романа на склоне лет вспоминает детство и молодость, родных и друзей и ведет воображаемые беседы с давно ушедшей из жизни женой.

Воспоминания эти упрямо не желают складываться в стройную картину, мозаика рассыпается, нить то и дело рвется, герой покоряется капризам своей памяти, но из отдельных эпизодов, диалогов, размышлений, писем и дневниковых записей — подлинных и вымышленных — помимо его воли рождается история жизни семьи на протяжении десятилетий.

Свободная, оригинальная форма романа, тонкая ирония и несомненная искренность повествования, в котором автора трудно отделить от героя, не оставят равнодушным ценителя хорошей прозы.

Валерий Генкин (р. 1940) — прозаик и переводчик, живет в Москве.

…А теперь и спросить не у кого.
На это тебе и жалуюсь в первую голову. Все меньше, знаешь ли, думаю — что будет, все чаще тянет вспоминать — что было. Подробно, до пустяков, словечек деда, поворота головы одноклассницы, промелька маминой руки, дочкиного лепета, дребезга ложки в стакане железнодорожного чая. Трудная работа, а кто мог помочь — ушли. Почти все. Они теперь обходятся без меня, и это, скорее всего, не доставляет им никаких неудобств. Им я больше не нужен. Обидно, однако. Вот и ты ушла. Обрела свободу. И независимость. А я-то не свободен. Завишу — от памяти. Годы вымывают из нее мелочи, из которых, собственно, и состоит жизнь. Кое-что, конечно, осталось. Вот, скажем, карандашные метки на дверном косяке — мальчик растет. А вот плавки с тесемками сбоку, чтобы надевать их, не снимая трусов, — мальчик подрос… Или реклама: «На сигары я не сетую, сам курю и вам советую». Я тогда не знал, что такое «сетую», прочитывал с ударением на «у», получалось нескладно. Или вкус варенца на малаховском рынке. Или запах желтой бахромчатой страницы «Тружеников моря» — скучища, что-то там долго и нудно про приливы-отливы, но пахло замечательно. Нет, я, само собой, сопротивляюсь, подхлестываю память, тереблю — уж так стараюсь ухватить, и вытащить, и снова поселить в своем мире все эти тени, ощущения, вернуть им тепло, живую шероховатость — да то и дело застреваю, теряюсь, шарю по закоулкам, а там — темно. И спросить не у кого. Это мучает. И тоскою ложится в первую строку. Кузмин ли Цветаевой сказал, Цветаева ли Кузмину: мол, стихи пишут ради последней строчки. А тут — первая. Дело как бы сделано, дальше писать незачем. Или распишусь? Разговорюсь? Ты-то молчишь, но уж очень располагающе. Так славно молчишь, слушаешь. Слушаешь? Так вот, все ушли, кто помнил, и рассказ теперь получится — дыра на дыре. Все равно стоим в пробке? Ладно, слушай. Да и кто ж помешает эту строчку повторить? Как там Данте распорядился светилами?..
А сюжет? И чем все кончилось? Да бросьте, будто сами не знаете, чем все кончается. Других вариантов нет.

…Зато как хорошо начиналось! Дядька подхватил, посадил на верхнюю полку. Санки были красные-красные. Паровоз хоть и погудел, но не задавил. И с козлом обошлось.
На другие вопросы я сам хотел бы получить ответ, да вот беда: спросить решительно не у кого...

Назад в раздел

     "Горький" - о новой книге Р. Полищук По мнению портала "Горький", книги Рады Полищук напоминают истории, которые рассказывают на кухне давно не видевшие друг друга родственницы... не исключено, что из этих новелл может легко получиться составной роман, — смотря как читать...": https://gorky.media/context/pojmat-pervye-luchi-rassveta/ Прочесть фрагмент:
https://gorky.media/fragments/skleroz-staroj-bolonki-mary/
     Книга Ханны Кралль - на "Эхо Москвы" "Очерки замечательны и по взгляду, и по тону, и по пониманию..." - Николай Александров о книге Ханны Кралль "К востоку от Арбата": https://echo.msk.ru/programs/books/2352383-echo/
     Фрагменты из новинок Портал «Горький» публикует фрагменты из романов «Столица» Роберта Менассе: https://gorky.media/fragments/svinya-bezhit-k-tserkvi-svyatoj-ekateriny/ и «Искусство притворяться умным» Пьера Менара: https://gorky.media/fragments/ne-upotreblyaj-slovo-kak-popalo/  
     С Новым годом! С НАСТУПАЮЩИМ! Желаем отличного Нового года! Здоровья, благополучия и удачи - всем друзьям "Текста"! Мы очень ценим то, что вы были с нами в этом году. До скорых встреч! Ваш ТЕКСТ
     Книга Ханны Кралль - в обзоре "Горького" О высоте потолков в квартирах кандидатов и докторов и о документальной прозе Ханны Кралль "К востоку от Арбата" - в обзоре "Горького": https://gorky.media/context/vysota-potolkov-v-kvartirah-kandidatov-i-doktorov/

Все события >>
Хорошие книги
ВЕЛИКАНША И КРОХА ПИРХОНЕН
Ханнеле Хуови

Великанша Мира Хейккиля была очаровательна, она носила нарядные платья и, как все великаны, любила красивые, изысканные вещи, собирала сосны в букеты, а если в след от ее ноги набегала вода, получалось озеро. Но вот ее полюбил Пекка Пирхонен – по сравнению с ней он и вправду казался крохой. Могут ли любить друг друга столь разные существа?

подробнее >>
МОДИЛЬЯНИ
Паризо, Кристиан

Историк и искусствовед Кристиан Паризо, которому Жанна, дочь Амедео Модильяни, поручила довести до конца исследование жизни и творчества отца, написал книгу в своем роде выдающуюся. Перед вами трудный путь художника необыкновенного таланта и редкого обаяния, умершего на пороге своей славы. Место действия драмы: Париж начала ХХ века. Действующие лица: Модильяни, Пикассо, Шагал, Аполлинер, Сутин, Фуджита и другие.

подробнее >>
ПОМЕСТЬЕ: Книга II
Зингер, Исаак Башевис

Впервые на русском — роман нобелевского лауреата Исаака Башевиса Зингера (1904—1991).

Действие романа происходит в Польше и охватывает несколько десятков лет второй половины XIX века. 

После восстания 1863 года прошли десятилетия, герои романа постарели, сменяются поколения, и у нового поколения — новые жизненные ценности и устремления. Среди евреев нет прежнего единства. Кто-то любой ценой пытается добиться благополучия, кого-то тревожит судьба своего народа, а кто-то перенимает революционные идеи и готов жертвовать собой и другими, бросаясь в борьбу за неясно понимаемое светлое будущее человечества. 

подробнее >>
УБЕЖИЩЕ. ДНЕВНИК В ПИСЬМАХ (12 ИЮНЯ 1942 ГОДА - 1 АВГУСТА 1944 ГОДА)
Франк, Анна

Анна Франк родилась в 1929 году. Она умерла в концлагере, когда ей было 15 лет. Ее дневник, который она вела в Амстердаме, прячась с семьей от нацистов, стал известен всему миру. В этом издании публикуется полный текст дневника, одобренный Фондом Анны Франк в Базеле.
Переиздание.

подробнее >>
СТИХОТВОРЕНИЯ
Верлен, Поль

Поль Верлен (1844—1896) — один из самых переводимых европейских поэтов, запечатлевший в стихах и прозе тончайший пейзаж человеческой души. В его творчестве с наибольшей резкостью преломились идеи эпохи «конца века» — тоска о детстве, меланхолия, саморазрушение. Он был поэтом внутреннего зрения, внутреннего слуха, дающим каждому читателю возможность по-особому разрешать загадки его глубоко личного и одновременно распахнутого всем лирического чувства. Предлагаемый сборник лирики Поля Верлена в переводах и с комментариями Михаила Яснова — это образцы самой что ни на есть верленовской «классики».

подробнее >>
ДИДОНА
Клини, Мария

В сборнике три поэмы на мифологические сюжеты, три женских образа, трагических и страстных, — Дидоны, Кассандры и Медеи. В сильных строках Марии Клини звучит голос древних морей. Полны страданий речи карфагенской царицы. Непреклонна Кассандра в зареве горящей Трои. Ярится Медея. Время им нипочем. Они вечны, и не умолкают их голоса, дерзкие и любящие, гневные и кроткие — не то плеск, не то гром, не то шепот.
«Odi et amo».
подробнее >>