©ООО Издательство "Текст", 2018
е-mail: textpubl@yandex.ru





Уважаемые авторы! 
В связи с переполненностью редакционного портфеля издательство "Текст" до конца 2018 года прекратило принимать рукописи от авторов. 
Сожалеем и до скорых встреч!
Серии издательства
"Билингва"
"Квадрат"
"Искусство..."
"Коллекция"
"Краткий курс"
"Открытая книга"
"Проза еврейской жизни"
"Чейсовская коллекция"
"Классика"
"Ильфиада"
"Детская книга"
Вне серии





.

поиск >>
рецензии
контакты

«ТЕКСТ» — самое старое из новых издательств. Основано в 1988 году. Мы отдаем предпочтение добротным книгам, написанным в разное время, но по разным причинам так и не дошедшим до российских читателей. Мы не ограничиваем себя жанрами, а лишь стараемся, чтобы среди наших книг не было серых, или, как теперь говорят, «никаких». Вот, собственно, и вся наша издательская политика. Эта нехитрая затея — издавать те книги, что нам самим по душе, — нам до сих пор нравится. Нашим читателям вроде бы тоже.

Рот, Йозеф
События
Автор на языке оригинала: Joseph Roth

Книги:
ТАРАБАС. Гость на этой земле


Йозеф Рот (1894-1939) - выдающийся австрийский писатель, классик мировой литературы XX века, автор знаменитых романов "Марш Радецкого", "Склеп капуцинов", "Иов".

Гениальный писатель и святой пьяница Йозеф Рот - певец  габсбургской идиллии с ее поликультурной пестротой и толерантностью.

Причинами смерти 45-летнего Йозефа Рота чаще всего называют  алкоголизм и ностальгию - первое, очевидно, вытекало из второго, и наоборот.

Обе болезни писатель взлелеял в себе сам, в свое время, еще перед великим распадом 1914 - 1918 годов, избрав для себя судьбу эмигранта, путешественника на Запад и гостиничного затворника, а также сделав побег своим перманентным состоянием.

Городишко Броды, где он родился в 1894 году, лежит недалеко от Львова. В те времена он считался "галицким Иерусалимом" (отсюда, кстати, такая частая среди восточноевропейских евреев фамилия Бродский.

Рожденный в этой переходной полосе между Галичиной и Волынью, на самой восточной окраине австро-венгерского мира и Европы, где "культуры все-таки больше, чем об этом можно судить по состоянию канализаций", Рот при первой же возможности покинул эту свою "малую родину", на восемьдесят пять процентов заселенную представителями его странствующего народа.

Это был зов славы, возможно, жажда качественно высшего бытия, великая иллюзия семнадцатилетнего на пороге первой из всемирных катастроф. "Городом  местечку никогда не быть. Карьеры поселений, как и карьеры людей, ограничены роком", - напишет он спустя много лет, наверное, объясняя себе самому этот порыв к Великому. В 1913 году он начинает учиться во Львове - и вскоре также покидает его. Ему мало Львова: темп жизни недостаточен, литературные дискуссии не выходят за пределы политических, взаимно изнурительное украинско-польское выяснение отношений не имеет конца, польский язык доминирует на университетских лекциях. Все это вынуждает его, немецкоязычного и космополитичного, опять- таки - при первой же возможности - направиться дальше на Запад, из "малой Вены" в настоящую.

Однако от Галичины не убежишь, особенно когда носишь ее в себе. Сначала она догнала Рота в Вене. Это произошло в начале войны, когда тысячи галицких беженцев, слишком напуганных русским наступлением и перспективой погромов еврейства, оказались здесь и там на венских улицах, площадях, вокзалах, таща за собой свой багаж, детей, жен, стариков. Большинство романов Рота, которые будут написаны позднее, невозможны без этого ужасного опыта панического переселения городишек в Город.

Дальше была война, участвовать в которой он наконец согласился добровольно. И так состоялось одно из его возвращений - Рот опять заброшен в Галичину, чтобы увидеть мировой танец смерти и предречь, как будут разлагаться на составные части в галицкой земле западноевропейские трупы, удобряя ее, и как "на сгнивших скелетах мертвых тирольцев, австрийцев, немцев (чехов, словаков, мадьяров, хорватов, добавим) зацветет кукуруза этого края". У писателя не может не быть предчувствий. Более того - ему никуда от них не деться. Наведываясь еще неоднократно во Львов в 20-е и впоследствии 30-е годы (Рот был приглашаем польскими коллегами как один из наиболее популярных и чаще других переводимых и издаваемых в межвоенной Польше авторов), он пытался констатировать нерушимость "того еще мира", габсбургской идиллии, поликультурной пестроты и толерантности. Возвращаясь в Берлин или впоследствии в Париж, он говорил и писал об увеличении рубцов, о почти полном заживании ран, развязывании узлов, самовозрождении культуры в Галичине.

Он ошибался, как все великие романисты, не зная жизни и выдавая  желаемое за действительное - "того еще мира" уже не существовало, он еще кое-как напоминал о себя во время писательских вечеринок в богемных ресторанах, но на самом деле все было не так, сумерки фашизации надвигались на Европу, а большой красный змей уже уморил миллионы крестьян на Востоке. Геноциды превращались в норму официального политического курса правительств и вождей.

Зимой 1937-го Рот в последний раз приезжал во Львов. "Уверяю вас, друзья, что мы присутствуем на последнем из подобных праздников в Европе", - обращался к избранному львовскому обществу не без влияния алкоголя и пробужденных предчувствий. Не все из присутствующих хотели ему верить. Кое-кого из них расстреляли энкаведисты между 24 и 26 июня, а кое-кого эсесовцы 3 июля в том же таки 1941 году.

Неделя, которая прошла между двумя львовскими расстрелами интеллигенции, стала неделей окончательного разрушения мира Рота. К счастью, Рот не дожил до этого. Он умер в Париже, в конце очередного мая-месяца, который по-настоящему возможен только в Париже. Истинной причиной смерти были предчувствия - катастрофа должна начаться сразу после лета, через каких-нибудь девяносто три  дня (последние курорты, вакации, салоны, танцы и загородные   пикники). Далее был Холокост, фабрики смерти, трагедия Центральной Европы - все разом вместе с войной, от которой его сердце святого пьяницы все равно бы разорвалось.



     Конкурс рецензий к 30-летию "Текста" Дорогие друзья, к юбилею нашего издательства в «Лабиринте» начинается конкурс рецензий на книги «Текста» - с 12 ноября по 3 декабря. Расскажите о своих эмоциях после прочтения поэтической билингвы, нобелевского романа или волшебных сказок.
Трем победителям можно будет выбрать книги «Текста», и приедут они вместе с новой литературной сумкой «Да/Нет».
Подробнее о конкурсе: https://www.labirint.ru/wishlist/konkurs-recenziy-tekst/
     Черная Пятница в Лабиринте 22 ноября стартует одна из крупнейших распродаж года - Черная Пятница в Лабиринте! Книги «Текста» участвуют. Скидки до 45% и, конечно, подарки. Заходите прямо сейчас, выбирайте бестселлеры и новинки: к началу распродажи ваша корзина будет уже собрана. И не забудьте о новогодних подарках, у вас отличный повод получить целую гору восхитительных книг. Приятного чтения и – до скорой встречи! https://www.labirint.ru/blackfriday/?point=bf8
     О новинках "Текста" в "Лабиринте" "У «Текста» давно сформировалась группа, можно сказать — целое поколение постоянных читателей: думающих, эрудированных книголюбов. В этом издательстве можно найти литературу буквально на любой вкус (и вкус весьма придирчивый) — мемуары, автобиографическую прозу, стихи, романы, сборники очерков и эссе, научно-популярные работы, а также ни на что не похожие внежанровые издания.." - новинки издательства - в обзоре критика Андрея Мирошкина: https://www.labirint.ru/now/o-hudozhnikah/
     "Долгая дорога в Назарет" - выбор "Горького" Книга Анны Степанской "Долгая дорога в Назарет" - в рубрике «„Горький” в „Лабиринте”»: https://gorky.media/context/nazojlivoe-zhelanie-napisat-rasskaz/?fbclid=IwAR2gjSafzfdGehCCABVpvr3GyFg7Eleix94qWh20sPtkkU6uYFJFF-18jRs
     "Исчезнувшие страны"- в выборе Forbes Книга "Исчезнувшие страны" Бьёрна Берге (пер. с норв. Е. Воробьевой" - среди главных книг октября по мнению критика Forbes Дениса Пескова: http://www.forbes.ru/forbeslife/367831-o-samyh-dryannyh-rabotah-i-rodine-slonikov-glavnye-knigi-oktyabrya?fbclid=IwAR20Ts0Y-fJYeUwt1bzcX9LGLmLfgEpaxYkloEEtO7TdXHggWROBSX694uE


Все события >>
Хорошие книги
КОТ КРАМЕР ВСЁ ВРЕМЯ СПИТ
Шалев, Меир

Третья книга о приключениях кота Крамера. Только не думайте, что если кот спит, то он просто спит и «на всё абсолютно ему наплевать, только бы дали поспать». Как только Крамер засыпает, тут же начинаются его невероятные превращения… Кстати, Крамер – настоящий кот Меира Шалева, который написал о своем четвероногом друге три незабываемые истории: «Кот Крамер идёт в лес», «Кот Крамер учится плавать» и «Кот Крамер всё время спит». А художник Йоси Абулафия дополнил их прекрасными рисунками. И не важно, чем он занят, этот любопытный и деятельный кот – он всегда такой забавный и обаятельный! И приключения у него просто уморительные!

подробнее >>
ВРАГИ. ИСТОРИЯ ЛЮБВИ: роман
Зингер, Исаак Башевис

«Враги. История любви» — один из самых популярных романов нобелевского лауреата Исаака Башевиса Зингера (1904–1991).

Герои романа, чудом выжившие в пламени Катастрофы, не в состоянии приспособиться к мирной и благополучной жизни в США. Этот трагический излом судеб стал главной темой романа, до сих пор известного русскому читателю только в переводе с его не вполне точной английской версии.

Теперь поклонники творчества Зингера смогут  прочитать роман в переводе с идиша – таким, каким он был написан более полувека назад.

подробнее >>
ГЕРМАНИЯ. Зимняя сказка
Гейне, Генрих

Знаменитая сатирическая поэма «последнего романтика» немецкой литературы Генриха Гейне вышла в свет в 1844 г. Строфы, полные горького юмора, острой сатиры и подлинного патриотизма, — плод путешествия поэта из Франции на родину в 1843 г. В Пруссии поэма была сразу же запрещена, в других немецких землях печаталась с цензурными сокращениями. Перевод Юрия Тынянова (1894–1943) переиздается впервые с 1934 г., он выдержал испытание временем и остается лучшей русской версией поэмы.

подробнее >>
БЕСКОРЫСТНЫЙ УБИЙЦА. МАКБЕТ
Ионеско, Эжен

Пьесы Эжена Ионеско (1909–1994) ставили современников в тупик и поначалу даже снимались с репертуара. Но вскоре они обрели шумный успех, и сегодня театр немыслим без Ионеско – признанного классика авангарда ХХ века. Парадокс, безумие, игра со словами, гротеск, обнажение театральных приемов, нарочитое отсутствие логики, а подчас и сюжета, персонажи, похожие на карикатуру, неразделимость юмора и комизма – все это не просто сбивает зрителя с толку, но дает понять, что абсурдна жизнь, а не театр.

подробнее >>
ИЗРАИЛЬ В МОСКВЕ
Лехт, Ефим

Ироничная повесть, во многом автобиографическая, о советско-израильском художнике, приехавшем в родную Москву, чтобы навестить сына-предпринимателя и увидеть загадочного Виктора Пелевина, а заодно и повидать старых знакомых. Читатель тоже встретит на страницах книги много знакомых лиц.

подробнее >>
ДИДОНА
Клини, Мария

В сборнике три поэмы на мифологические сюжеты, три женских образа, трагических и страстных, — Дидоны, Кассандры и Медеи. В сильных строках Марии Клини звучит голос древних морей. Полны страданий речи карфагенской царицы. Непреклонна Кассандра в зареве горящей Трои. Ярится Медея. Время им нипочем. Они вечны, и не умолкают их голоса, дерзкие и любящие, гневные и кроткие — не то плеск, не то гром, не то шепот.
«Odi et amo».
подробнее >>