Элла Владимировна Венгерова — известный переводчик с немецкого языка, лауреат премии им. В.А. Жуковского. Ее «Мемуарески» — не обычная семейная сага на фоне истории, как это часто бывает, а искренняя, остроумная беседа с читателем, в том числе о творческой работе над переводами таких крупных немецких писателей, как П. Хакс, Х. Мюллер, Г. Бюхнер, Э.М. Ремарк и многих других. Перед нами удивительная жизнь — не только частная, но и всей нашей страны.

При желании роман «Между строк» можно отнести к полузабытому жанру бурлеска с его стремительным развитием действия в неожиданном направлении. В значительной
мере ему присуща еще и шутливость – burla с итальянского шутка, – хотя в чистом виде шуткой рассказанную историю назвать сложно. Впрочем, к чему играть словами, перед вами сказка для взрослых. Им, живущим в атмосфере сменяющих друг друга надежд и иллюзий, сказки нужнее, чем их малышам.

«Улав, сын Аудуна из Хествикена» продолжает серию исторических романов о скандинавском Средневековье замечательной норвежской писательницы, лауреата Нобелевской премии Сигрид Унсет (1882–1949), начатую всемирно известной трилогией «Кристин, дочь Лавранса».
Главный герой романа, как и Кристин, личность внутренне свободная, ему нелегко существовать в традиционном средневековом обществе, и он то и дело отказывается следовать родовым обычаям. Перед нами разворачивается захватывающее повествование о судьбе Улава и Ингунн, их любви, их жизни, полной и трагическими, и радостными событиями.

На этот раз французский литературовед и психоаналитик Пьер Байяр – автор оригинальный и зачастую парадоксальный, известный читателям своими бестселлерами о книгах, которых мы не читали, и о странах, где мы не бывали, – бросает вызов Шерлоку Холмсу, заявив, что легендарный сыщик совершил ошибку в расследовании попытки убийства сэра Генри Баскервиля и напрасно покарал Джека Стэплтона. На основе веских улик Байяр обнаруживает настоящего убийцу, который затаился внутри книги Конан Дойла и целый век оставался безнаказанным.

В сборнике три поэмы на мифологические сюжеты, три женских образа, трагических и страстных, — Дидоны, Кассандры и Медеи. В сильных строках Марии Клини звучит голос древних морей. Полны страданий речи карфагенской царицы. Непреклонна Кассандра в зареве горящей Трои. Ярится Медея. Время им нипочем. Они вечны, и не умолкают их голоса, дерзкие и любящие, гневные и кроткие — не то плеск, не то гром, не то шепот. «Odi et amo».