©ООО Издательство "Текст", 2018
е-mail: textpubl@yandex.ru





Уважаемые авторы! 
В связи с переполненностью редакционного портфеля издательство "Текст" до конца 2018 года прекратило принимать рукописи от авторов. 
Сожалеем и до скорых встреч!
Серии издательства
"Билингва"
"Квадрат"
"Искусство..."
"Коллекция"
"Краткий курс"
"Открытая книга"
"Проза еврейской жизни"
"Чейсовская коллекция"
"Классика"
"Ильфиада"
"Детская книга"
Вне серии





.

поиск >>
рецензии
контакты

«ТЕКСТ» — самое старое из новых издательств. Основано в 1988 году. Мы отдаем предпочтение добротным книгам, написанным в разное время, но по разным причинам так и не дошедшим до российских читателей. Мы не ограничиваем себя жанрами, а лишь стараемся, чтобы среди наших книг не было серых, или, как теперь говорят, «никаких». Вот, собственно, и вся наша издательская политика. Эта нехитрая затея — издавать те книги, что нам самим по душе, — нам до сих пор нравится. Нашим читателям вроде бы тоже.

Виллемс, Поль
События
Автор на языке оригинала: Paul Willems

Книги:


По следам Метерлинка: мерцающий мир Поля Виллемса


Заметки переводчика


Мария Аннинская


" Счастливые события замедляют бег времени,
исключительные события его останавливают".


Поль Виллемс


В 2009 году издательство "Текст" обещает порадовать нас публикацией бельгийского классика, нельзя сказать чтобы совсем у нас неизвестного - скорее, прочно забытого. В советское время он дважды приезжал в Союз (в 1953-м, а потом в 1959 годах) в качестве одного из организаторов Международного фестиваля, а также в качестве генерального директора брюссельского Дворца изящных искусств. Он путешествовал по России, общался с известными музыкальными и театральными деятелями - хотя то, что он писал, было глубоко чуждо моральному облику строителя коммунизма. Франкоязычная критика относится к нему с должным почтением и расценивает как "второго Метерлинка, приправленного поэтикой Мюссе". На родине он был дважды удостоен литературных наград: в 1962-м - Правительственной премии, присуждаемой раз в три года, а 1966-м - премии Мардзотто. В 1975 году писатель был избран членом Королевской академии французского языка и французской литературы. Все его книги переведены на все европейские языки.


Имя бельгийской звезды, восходящей на российский небосклон, - Поль Виллемс. Жизнь этого писателя очень гармонично вписалась в ХХ век: родившись в 1912 году, классик покинул мир в 1998-м, успев создать свой собственный мир, который гораздо ярче, заманчивей и глубже, чем все, что нас окружает. Мир Виллемса не оторван от реальности: он на ней построен, от нее отталкивается, ее отражает, преобразует, осмысливает.

Но сначала - о детстве и жизни писателя.


Мальчик родился и рос в семейном гнезде близ Антверпена, на берегу реки Шельды, широко разливающейся перед тем, как смешать свои воды с водами Северного моря. Это наложило глубокий отпечаток на сознание ребенка. Мать Поля была писательницей и поэтессой, что не помешало ей, однако, иметь троих детей. Отец увлекался музыкой и живописью, ежевечерне играл на фортепьяно и регулярно писал акварели на пленэре, объясняя сыну, как можно остановить мгновение и зачем, - метод, который Поль Виллемс впоследствии применит к литературе. Пока заботливая бабушка, преподавая внуку французский и латынь, пыталась, кроме всего прочего, оградить его от болезней и опасностей (у ребенка была астма), тот, конечно, мечтал о дальних странствиях. Кончилось все тем, что юный Поль, достигнув семнадцатилетнего возраста, сбежал из дома, пересек вплавь холодную Шельду и устроился юнгой на судно, отплывавшее в Америку. История умалчивает о том, как отреагировала семья на эту выходку будущего писателя, но, вернувшись из странствий, Виллемс завершил гуманитарное среднее образование и принялся изучать философию и филологию, а затем поступил в Брюссельский университет с тем, чтобы прилежно штудировать юриспруденцию. Впрочем, юристом ему работать почти не пришлось: семейная традиция и неодолимая тяга к природе и романтическим приключениям влекли его совсем в другую сторону - то он на лодке сплавляется в низовья Шельды, то плавает на паруснике по озерам и даже незаконно охотится на тюленя; в ледоход отправляется пешком на другой берег или гоняет на коньках по заледенелым оврагам, что тянутся вдоль реки. Он бороздит на велосипеде Францию, заявляется в гости к французскому писателю Жану Жионо, живущему в одиночестве среди южных холмов в деревеньке Маноск; потом поселяется где-то в Германии, в избушке, в лесной глуши, и преподает хозяевам латынь; а в годы укрепления нацизма гостит несколько месяцев у опального немецкого писателя...


Другой страстью юного Поля было чтение. Когда почтальон приносил в дом свежий выпуск французского литературного журнала " Nouvelle Revue Francaise", это было настоящее событие. Поль читал много, методично. " Я читаю так, как другие, я думаю, молятся", - писал Виллемс.

К двадцати годам Виллемс и сам начинает сочинять. Он с благодарностью вспоминает своих лицейских преподавателей, которые его " научили... писать так, как надо думать, и думать так, как надо писать". Его первое (неопубликованное) творение посвящено воде. В дальнейшем эта тема скрыто или явно всегда будет присутствовать в творчестве писателя - в его романах, пьесах, новеллах: то в виде реки, то дождя или снега, а иногда - в виде тумана или свежего ветра. Вода у него - животворящая стихия, противостоящая всему косному, жесткому, жестокому, - например, городу, камню, металлу, деньгам.


Прозаические тексты Виллемса можно разделить на две категории: внешне реалистические и фантазии. Первые основаны на реальных событиях, пережитых автором (путешествия, две мировые войны), или на исторических фактах. Мне они кажутся менее интересными, хотя им тоже нельзя отказать в оригинальности. Что же касается романов и новелл, построенных на фантазии и элементах сказки, то решусь утверждать, что Виллемс без труда вписывается в плеяду величайших сказочников - от Андерсена до Клайва Льюиса и Томмазо Ландольфи. Правда, это сказки для взрослых, потому что в них много эротики. Да какой! Например, любовная сцена между женщиной и восточным ветром. (У Ландольфи любовником является всего лишь маленький голубой червячок.) Или другой пример: юные девы испытывают такую страсть к воде, что идут и топятся, а потом плывут по течению, возбуждая любовь заморских принцев.


Собственно говоря, если начать анализировать систему образов и мифологию Виллемса, то будет над чем задуматься, к тому же его мифология перемешана с мифологией общечеловеческой, а реальность с трудом отделима от вымысла: все одно в другом отражается, все мерцает и переливается. Так, например, город, стоящий на воде и кажущийся вполне сегодняшним, вдруг оказывается современником Вергилия.

Мир Виллемса напоминает Андерсена еще и тем, что он грустный. Грустный потому, что идеал недостижим и желание неосуществимо, а кто слишком далеко протянет руку и коснется мечты, всю жизнь потом этим мучается; тот же, кто не дотянулся, тоскует по невозможному. Но мечта потому и прекрасна, что эфемерна и не может стать реальностью. Мне кажется, романтическому русскому менталитету близка эта философия: разве журавль в небе не лучше синицы?


Добрый ли мир создал Виллемс? Можно сказать, что этот мир и хотел бы быть добрым, да люди ему мешают. Есть, например, в одном из произведений такой персонаж: император, выбросивший в море свод законов и подаривший народу свободу любви. Только подданные не готовы жить по закону любви и жаждут кровопролития: они требуют возрождения старинного обычая, ордалии, кровавой битвы между самыми достойными юношами.


Любопытно, что жестокость исходит от женщин. Женщины у Виллемса прекрасны и решительны, отлично знают, чего хотят, и командуют мужчинами. Они коварны и жестоки в любви. Мужчины, напротив, наивны и беспомощны, мечтательны и беззлобны. Они восхищаются женщинами и ждут, когда те укажут им, что делать.


Центром публикации в издательстве "Текст" станет произведение, названное "Затопленная земля". Жанр его можно определить как философскую сказку для взрослых. Сказку, которую хочется растащить на цитаты. Только нелегко писать о тексте, которого никто не видел и который неизвестно когда прочтут. Пересказывать чужие сказки - неблагодарное занятие. А анализировать стилистику писателя, которого никто не знает, - и подавно. И все же попробую.


Итак, открыв нашу философскую сказку, читатель попадет в диковинный город-империю на манер древних, стоящую на воде (точнее, в низовьях Шельды). Город называется Аквелон (по созвучию с "аквилоном", северным ветром у римлян, и "акведуком" - вода же!). " Там нет границы между небом и водой. И непонятно откуда льется свет, потому что этот свет повсюду. ... Зыбкий мир, лишенный тверди и опоры, весь - мерцание, блики, превращения..." Император Аквелона больше всего на свете любит плеск воды и крики перелетных птиц, он живет в шалаше на дюнах. Юные девы в венке из дубовых листьев сами выбирают себе возлюбленных и... лазят к ним ночью в окошко. Поэты вырезают свои стихи на кусках дерева и пускают их плыть по течению. В реке сооружены водяные куранты, приводимые в движение струящейся водой и наполняющие воздух беспрерывным перезвоном колокольчиков. А расписные ширмы заслоняют миролюбивых (до поры до времени) жителей от безграничной и пугающей бездны неба. Аквелону противопоставлен древний Рим: " В Риме камни, из которых сложены стены, так тесно пригнаны друг к другу, что становятся монолитной скалой. Арки акведуков возносят высоко в небо желоба, по которым течет вода, - и так будет вечно. Мертвые у них покоятся в мраморных дворцах. Чтобы память о них жила вечно, их изречения и лица высекают в камне. ... Мраморные статуи как две капли воды похожи на героев, с которых они сделаны, - да так искусно, что в конце концов герои начинают походить на собственные изображения".

В Аквелоне все быстротечно - и любовь, и жизнь. Любовь там " мимолетна, как взмах ласточкина крыла, но память о ней живет в душе до конца жизни". Жизнь тоже заканчивается легко, потому что " жизнь и смерть - сообщающиеся сады", и достаточно толкнуть неприметную калитку, чтобы попасть из одного мира в другой. Поэтому когда человек решает, что пора умирать, когда он начинает чувствовать себя " отражением канувшей в небытие реальности", он делится дорогими сердцу воспоминаниями со "смертной восприемницей", юной и прекрасной, а потом вскакивает на дрейфующую льдину и уплывает на ней в Северное море. " Ничто не вечно. Уйдем мы или останемся - какая разница? ... Однажды вдруг обнаруживаешь, что все на свете стало каким-то другим. Улица, на которой мы прожили тридцать лет, уже не та, что прежде. Дома перестали нас узнавать, их окна посылают нам незнакомые отражения. ... Значит, пора уходить, коль скоро мир, в котором мы жили, нас покинул".

Сам Аквелон, простоявший на затопленной земле много веков подряд, тоже оказывается не вечным. Императора сменяет новая правительница, молодая и безжалостная, по имени Альтена. (Если анализировать этимологию этого имени, то можно опереться и на французское "hautaine" - высокомерная, и на итальянское "altano" -южный ветер, и на латынь: "altus, alta" - высокий.) Альтена одевает город в камень и велит построить мраморный мавзолей. Она казнит своих бывших соратников и любовников, пытаясь жестокостью победить сковывающие ее привязанности и воспоминания. Старый Император, отправляясь умирать, обещает: " Вместе с камнем в город придут показное величие и натужный оптимизм". Вот что вынес Поль Виллемс из своих визитов в Советский Союз.


Виллемс - искуснейший мастер образных описаний. Кое-кто из критиков усматривает в этом прустовскую традицию (уж не из-за астмы ли?) - к которой, замечу мимоходом, с легкостью причисляют таких наших современников, как Филипп Делерм, Кристиан Бобен, Жан Руо... Принадлежат ли все эти писатели к одной традиции - вопрос спорный. Так или иначе, но палитра Виллемса - это палитра живописца. Он немногословен, почти лаконичен и несколькими штрихами умеет создать настоящую картину - вот где проявляются уроки пленэрной живописи, воспринятые от отца. И тогда перед глазами возникают пейзажи Брейгеля, полотна импрессионистов, а то вдруг сюрреалистический образ, подсмотренный у его соотечественника Магритта. Но главное, что подкупает, - это умение поймать " тот упоительный миг, когда настоящее, аромат которого ты еще вдыхаешь, начинает превращаться в подернутое дымкой грусти воспоминание".






     О переводах Макса Жакоба - "Эхо Москвы" "Отважиться переводить Жакоба - уже большое дело..." - Николай Александров, "Эхо Москвы". Подробнее: https://echo.msk.ru/programs/books/2321556-echo/
     Премия Мориса Ваксмахера - авторам "Текста" Поздравляем наших авторов Алину Попову и Елену Баевскую с присуждением премии имени Мориса Ваксмахера за лучший перевод в номинации «Художественная литература» - книги Пьера Менара «ИСКУССТВО ПРИТВОРЯТЬСЯ УМНЫМ» http://textpubl.ru/books/107/71673 Книга вышла в 2018 году в издательстве «Текст», которое получило премию для издательств за публикацию французских авторов в России. Вручение премий завершило богатый событиями перекрестный Год языков и литератур Франции и России. Подробнее о событии и фото: https://ru.ambafrance.org/Vruchenie-literaturnyh-premij-Posol-stva-v-ramkah-knizhnoj-yarmarki-Non-fiction
     "К востоку от Арбата" Ханны Кралль - на non/fiction Книга известного польского репортера Ханны Кралль «К востоку от Арбата» в переводе Ксении Старосельской и Ирины Адельгейм стала новинкой нон-фикшн. Это последняя работа выдающейся переводчицы Ксении Старосельской. Документальный фотофильм о ней режиссера Олега Дормана был показан на презентации на ярмарке 2 декабря. В презентации приняли участие переводчики Ирина Адельгейм, Полина Юстова, издатель Ольгерт Либкин, директор Польского культурного центра Дариуш Клеховский, режиссер Олег Дорман, а также сын К.Я.Старосельской. Сюрпризом для собравшихся было появление героини репортажей Х.Кралль – тогда, в 60-х годах, она была ребенком в семье, которая принимала Ханну в польской деревне в Сибири – подробнее об этом можно прочитать в репортаже «Кусок хлеба» в книге «К востоку от Арбата». Купить книгу или прочесть фрагмент: https://www.labirint.ru/books/673653/
     ТЕКСТ - на non/fiction Дорогие друзья, встречаемся на non/fiction! Стенд издательства ТЕКСТ на прежнем месте - G-1 на 2 этаже ярмарки.
В топ-лист non/fiction вошли наши новинки: «ИСТОРИЯ ДУШИ. От Античности до современности» Уле Мартина Хёйстада и «ИСКУССТВО ПРИТВОРЯТЬСЯ УМНЫМ, или краткое руководство для тех, кто не блещет умом, составленное человеком, которому не мешало бы прочесть подобное руководство» Пьера Менара.
Ждем вас на нашей юбилейной встрече, а также на презентациях новинок.

     Юбилей ТЕКСТА на non/fiction Дорогие друзья! Издательство "Текст" отмечает юбилей. 30 лет назад группа молодых и самонадеянных людей во главе с братьями Стругацкими и Киром Булычевым зарегистрировала независимое издательство. Так появился «Текст» – первое независимое издательство в современной России. В первый день ярмарки non/fiction мы решили отметить наше 30-летие, скромно по нынешним временам, - юбилейной презентацией. Принимают участие: Михаил Швыдкой - специальный представитель Президента Российской Федерации по международному культурному сотрудничеству, Александр Ливергант - главный редактор журнала «Иностранная литература», Михаил Левитин – писатель, художественный руководитель театра «Эрмитаж», отцы-основатели издательства: писатели Виталий Бабенко, Валерий Генкин, Михаил Гуревич, художник Владимир Любаров, директор издательства «Текст» Ольгерт Либкин. А также все друзья «Текста».
Ждем вас 28 ноября, в 18:00 в Зоне семинаров № 1, 2 этаж ЦДХ (Крымский вал, 10).


Все события >>
Хорошие книги
МЕМУАРЕСКИ
Венгерова, Элла

Элла Владимировна Венгерова — известный переводчик с немецкого языка, лауреат премии им. В.А. Жуковского. Ее «Мемуарески» — не обычная семейная сага на фоне истории, как это часто бывает, а искренняя, остроумная беседа с читателем, в том числе о творческой работе над переводами таких крупных немецких писателей, как П. Хакс, Х. Мюллер, Г. Бюхнер, Э.М. Ремарк и многих других. Перед нами удивительная жизнь — не только частная, но и всей нашей страны.

подробнее >>
ИСЧЕЗНУВШИЕ СТРАНЫ. 1840—1970
Берге, Бьёрн

В этой книге норвежского архитектора и филателиста Бьёрна Берге почтовые марки удивляют своей способностью открывать страны, уже исчезнувшие с лица земли. Таких вы найдете здесь полсотни: некоторые из них просуществовали всего несколько недель – например, Восточная Карелия в Европе, другие более полувека – Оранжевое свободное государство в Южной Африке. Истории их читаются с огромным интересом. Они рассказаны через выпущенные ими почтовые марки, свидетельства очевидцев, кулинарные рецепты и произведения искусства.

подробнее >>
СТИХОТВОРЕНИЯ
Беккет, Сэмюэль

Первое в России издание стихотворений Сэмюэля Беккета. Русский перевод публикуется вместе с оригинальными текстами на английском и французском языках. Стихи расположены в хронологическом порядке. Текст сопровождают подробные комментарии.

Книга охватывает поэтическое наследие великого ирландско-французского писателя с 1930 по 1989 год — от  избыточных, изощренно сложных произведений начала тридцатых и элегичных, пронзительных французских стихов второй половины сороковых годов до суровых вещей последней трети XX века и сжатых как пружина «Мирлитонад».

подробнее >>
УБЕЖИЩЕ. ДНЕВНИК В ПИСЬМАХ (12 ИЮНЯ 1942 ГОДА - 1 АВГУСТА 1944 ГОДА)
Франк, Анна

Анна Франк родилась в 1929 году. Она умерла в концлагере, когда ей было 15 лет. Ее дневник, который она вела в Амстердаме, прячась с семьей от нацистов, стал известен всему миру. В этом издании публикуется полный текст дневника, одобренный Фондом Анны Франк в Базеле.
Переиздание.

подробнее >>
КОТ КРАМЕР ВСЁ ВРЕМЯ СПИТ
Шалев, Меир

Третья книга о приключениях кота Крамера. Только не думайте, что если кот спит, то он просто спит и «на всё абсолютно ему наплевать, только бы дали поспать». Как только Крамер засыпает, тут же начинаются его невероятные превращения… Кстати, Крамер – настоящий кот Меира Шалева, который написал о своем четвероногом друге три незабываемые истории: «Кот Крамер идёт в лес», «Кот Крамер учится плавать» и «Кот Крамер всё время спит». А художник Йоси Абулафия дополнил их прекрасными рисунками. И не важно, чем он занят, этот любопытный и деятельный кот – он всегда такой забавный и обаятельный! И приключения у него просто уморительные!

подробнее >>
ДИДОНА
Клини, Мария

В сборнике три поэмы на мифологические сюжеты, три женских образа, трагических и страстных, — Дидоны, Кассандры и Медеи. В сильных строках Марии Клини звучит голос древних морей. Полны страданий речи карфагенской царицы. Непреклонна Кассандра в зареве горящей Трои. Ярится Медея. Время им нипочем. Они вечны, и не умолкают их голоса, дерзкие и любящие, гневные и кроткие — не то плеск, не то гром, не то шепот.
«Odi et amo».
подробнее >>