Самый известный роман Клауса Манна (1906–1949) — это трагическая история нравственного падения актера Хендрика Хёфгена, человека талантливого, но безвольного. В стремлении к славе и богатству Хёфген идет на сотрудничество с нацизмом, и карьера ему, казалось бы, обеспечена, но, полностью утратив духовную свободу в сетях властителей Третьего рейха, он начинает понимать, что совершил непоправимую ошибку — продал душу дьяволу.
Роман был экранизирован в 1981 году режиссером Иштваном Сабо, фильм имел огромный успех.

Хорхе Марио Бергольо, архиепископ Буэнос-Айреса, будущий Папа Франциск, беседует с Авраамом Скоркой, раввином и биофизиком, — о религии, политике и мироустройстве, о проблемах, с которыми мир столкнется в XXI веке. Собеседники вели эти диалоги на протяжении многих лет, стараясь навести мосты между христианством и иудаизмом при помощи веры и разума. И для них не существовало запретных тем.

Гимн лежанию, сочиненный Берндом Бруннером, — глубокое, содержательное культурно-историческое исследование и одновременно с этим — собрание увлекательных историй. Добрую треть нашей жизни мы проводим лежа: ни в одном другом положении человек столько не думает, не мечтает, не любит. Однако у многих людей лежание вызывает неодобрение, его часто путают с пассивностью и ленью. При этом горизонтальное положение чрезвычайно ценно, ведь именно оно нередко приводит к самым интересным идеям. Если бы, например, Микеланджело не проводил много времени лежа, вряд ли ему в голову пришла бы идея превратить потолок Сикстинской капеллы в один из величайших шедевров человечества.

Роман «Ласточкино гнездо» завершает трилогию-хронику Анны Степанской, начатую романами «Старый альбом» и «Порядок слов». Трилогия разворачивает перед читателем панораму жизни в СССР в 40—80-х годах прошлого века, на фоне которой проходит жизнь обычной еврейской семьи. Холокост и война, первые послевоенные годы и брежневский застой, показной интернационализм и реальный антисемитизм, максимализм молодежи и лицемерие костенеющей на глазах системы — через все это проходит героиня трилогии. Семейная хроника превращается в честный и беспристрастный рассказ о канувшей в Лету жизни советской империи.

В названии книги — слова из Евангелия. Именно беспризорным детям отводит автор величайшую миссию построения Царства Божия на земле. А ведь все по-своему его представляют: по-разному его видят коммунисты и праведники, шаманы и юродивые, разбойники и представители малого северного народа ― и все они встретятся нам в романе. Революция и полный безумия российский ХХ век оказались в поле зрения Владимира Шарова. История ― его постоянная, но своенравная муза