©ООО Издательство "Текст", 2018
е-mail: textpubl@yandex.ru


Уважаемые авторы! В связи с переполненностью редакционного портфеля издательство "Текст" до конца 2020 года прекратило принимать рукописи от авторов.  Сожалеем и до скорых встреч!
Серии издательства
"Билингва"
"Квадрат"
"1+1"
"Искусство..."
"Коллекция"
"Краткий курс"
"Однажды"
"Открытая книга"
"Первый ряд"
"Семейный роман"
5+5
"Проза еврейской жизни"
"Чейсовская коллекция"
"Классика"
"Ильфиада"
"Детская книга"
Вне серии





.

поиск >>
рецензии
контакты

«ТЕКСТ» — самое старое из новых издательств. Основано в 1988 году. Мы отдаем предпочтение добротным книгам, написанным в разное время, но по разным причинам так и не дошедшим до российских читателей. Мы не ограничиваем себя жанрами, а лишь стараемся, чтобы среди наших книг не было серых, или, как теперь говорят, «никаких». Вот, собственно, и вся наша издательская политика. Эта нехитрая затея — издавать те книги, что нам самим по душе, — нам до сих пор нравится. Нашим читателям вроде бы тоже.

Инбер, Вера
События

Книги:
СОЛОВЕЙ И РОЗА


Вера Михайловна Инбер родилась в Одессе в 1890 году. Её мать, Ирма Шпенцер, преподавала русскую словесность и была директором еврейской школы для девочек, а отец, Моисей Шпенцер, возглавлял научное издательство «Матезис». В их семье жил двоюродный брат матери – Лейба Бронштейн, которого позже весь мир узнал как Льва Давидовича Троцкого. С ним Вера поддерживала – пока это было возможно – родственные связи, бывала у него в Кремле, посвятила ему несколько стихотворений («При свете ламп – в зеленом свете /Обычно на исходе дня /В шестиколонном кабинете /Вы принимаете меня. /Затянут пол сукном червонным, /И, точно пушки на скале, /Четыре грозных телефона /Блестят на письменном столе…»).

После окончания гимназии Инбер училась на историко-филологическом факультете одесских Высших женских курсов. Свои первые стихи опубликовала в одесских газетах в 1910 году. Затем уехала лечиться в Швейцарию и Францию, где встретила своего первого мужа, журналиста Натана Инбера. У них родилась дочь, будущая писательница Жанна Гаузнер.

В двадцатые годы жила в Москве, печатала прозу и стихи, была участницей «Литературного центра конструктивистов», в который входили В. Луговской, И. Сельвинский, Э. Багрицкий, К. Зелинский, Е. Габрилович и др. Написанные в это время стихи многие помнят до сих пор. Скажем, «Девушку из Нагасаки» («Он капитан, и родина его - Марсель, /Он обожает споры, шум и драки, /Он курит трубку, пьет крепчайший эль /И любит девушку из Нагасаки…»). Инбер работала журналистом, ездила по стране и за рубеж, в качестве корреспондента жила в Париже, Брюсселе и Берлине. В 1920 году вышла замуж за А.Н. Фрумкина, будущего знаменитого академика.

В рассказах Веры Инбер, созданных в 20-х – 30-х годах, завораживает живость и непосредственность, которую трудно найти в более поздних ее произведениях, когда она стала одним из столпов социалистического реализма. Именно такие, ранние ее рассказы и собраны в этой книге.

«Почти три года» – так назвала Вера Инбер свой блокадный дневник. Она осталась в Ленинграде и продолжала писать, выступала по радио, в госпиталях, выезжала на линию фронта. Третий её муж, профессор медицины Илья Давыдович Страшун, работал в одной из клиник осажденного городе. В блокадном Ленинграде умер ее внук. В 1946 году за поэму «Пулковский меридиан» Инбер получила Сталинскую премию.

Положение советского классика обязывало. Она – и не только она – поднимала руку, когда осуждали Б. Пастернака; публиковала статью против Л. Мартынова; писала стихи, прославляющие вождей и советский образ жизни.

«В каком же ежедневном ужасе жила бедная Вера Инбер, если для Всевидящего Глаза она была кругом виновата! – писал Евгений Евтушенко, знавший ее в те годы. – Вдобавок к своему родству с Троцким она, как выяснилось, печаталась в израильских изданиях, переводила с идиша, на котором говорила с детства, и успела в 20-е годы опубликовать прозу, за которую позже вполне могла попасть в обойму безродных космополитов: «Очерки о еврейских погромах», «Печень Хаима Егудовича», «Чеснок в чемодане». Она чувствовала своих родных заложниками родственной дружбы с Троцким. Вот почему у нее были испуганные глаза… Страх, конечно, не оправдывает ее, – добавляет  Евтушенко. – Но нельзя с высокомерной обвинительностью относиться к тем, кто сломался,  ведь мы не испытали всего того, что испытали они».

Для «Черной книги», подготовленной И. Эренбургом, В. Гроссманом и Антифашистским еврейским комитетом в 1944–1946 годах, Инбер написала очерк «Одесса».

Ее дочь умерла в 1962 году. Она прожила еще десять лет: писала стихи, о которых сегодня никто не вспоминает, издавалась, входила в состав официальных делегаций, в редколлегию журнала «Знамя», в правление Союза писателей СССР...

Борис Слуцкий вспоминал о Вере Инбер: «Она спрашивает меня: “Слуцкий, что вы такой мрачный? У вас все в порядке?” – И, выслушав ответ, убежденно говорит: “У меня все в порядке. У меня всегда все в порядке”. И действительно, у нее все в порядке – как почти всю жизнь. Как у дерева, у которого ветки отсохли раньше, чем корни».



     Премьера фильма "Эсав" по роману Меира Шалева 12 ноября в 19:00 в Государственной Третьяковской галерее состоится премьера фильма "Эсав" Павла Лунгина. Это - экранизация романа одного из самых известных израильских  писателей Меира Шалева.В ролях: Лиор Ашкенази, Марк Иванир, Харви Кейтель, Юлия Пересильд, Ксения Раппопорт. Подробнее: https://www.facebook.com/events/401728104567536/
     Лучшее в человеке - это собака! О книге Теофиля Готье «Домашний зверинец» рассказывает Вера Мильчина, переводчик книги, историк литературы, ведущий сотрудник Института высших гуманитарных исследований РГГУ: «Мы окружены книгами про животных: о том, как они говорят и думают, о том, как они относятся к людям, а люди — к ним. Их выходит с каждым годом все больше и больше, но я очень надеюсь, что среди этого множества не затеряется маленькая книжка Теофиля Готье "Домашний зверинец"...»
Подробнее: https://www.labirint.ru/now/gote-zverinec/
     "Страна Перемилово" - новая книга Владимира Любарова Новая книга Владимира Любарова! Автобиографические рассказы и полноценный художественный альбом! Как всегда, весело и иронично – не не только о деревне Перемилово, куда художник переехал в начале 1990-х годов, но и о предшествовавшем Перемилову «дачном» периоде в жизни семьи – с щитовыми домиками и правилами поведения на знаменитых шести сотках. О домашних животных, сопровождавших его на жизненном пути. О дорожных приключениях на Ярославке – с гаишниками, привидениями и народными умельцами. Жаль, что жизнь не позволила ему посетить Рай – деревню Рай в Костромской области, которую он мечтал увидеть. Но зато он ее как хотел, так и нарисовал! Большинство рассказов и картин публикуются впервые. Подробнее: http://www.lubarov.ru
     "Острова" Г. Кружкова - на "Эхо Москвы" Книга «Острова» Григория Кружкова — удивительна. Удивительна, хотя бы для тех, кто знает переводы и стихи Кружкова. Перевод, с моей точки зрения, предполагает замкнутость. В прозе, любой, как ни странно, человек открывается в гораздо большей степени, нежели в стихах... (Николай Александров, "Эхо Москвы") Подробнее: https://echo.msk.ru/programs/books/2721027-echo/
     "Играющая в го" - на "Эхо Москвы" "Именно этим произведением Шань Са и заявила о себе. Двадцатый век, японские войска приходят в Китай. Две параллельные линии повествования, скрещивающиеся в финале. Игра в го становится метафорой войны и смертельного любовного поединка..." - Николай Александров "Эхо Москвы": https://echo.msk.ru/programs/books/2710219-echo/

Все события >>
Хорошие книги
СТИХОТВОРЕНИЯ
Уильям Батлер Йейтс

Книгу произведений великого ирландца, выходящую в его юбилейный год, составил один из крупнейших в России знатоков творчества Йейтса, поэт, переводчик и исследователь англоязычной поэзии Г.М. Кружков.

подробнее >>
ЖИТЬ
Юй Хуа

Эту книгу читал весь мир.

Она принесла автору мировую известность.

На Канском фестивале фильм по роману «Жить»  получил Гран-при жюри. Снял фильм выдающийся китайский режиссер Чжан Имоу.

В Китае роман «Жить» был назван в числе главных десяти книг десятилетия. 

Теперь, двадцать лет спустя, эта книга вышла в России!

подробнее >>
ИСТОРИЯ СРЕДНИХ ВЕКОВ, РАССКАЗАННАЯ ДЕТЯМ. СОВМЕСТНО С ЖАНОМ-ЛУИ ШЛЕГЕЛЕМ
Ле Гофф, Жак

Кто расскажет о Средних веках лучше, чем Жак Ле Гофф? Зна­менитый французский историк, один из главных специалистов по Средневековью (а возможно, крупнейший на сегодняшний день), написал великолепную книгу, которая будет интересна как детям, так и взрослым. Она построена как диалог между автором-уче­ным и любознательным подростком. Средние века — одна из са­мых притягательных и ярких эпох в истории Европы. Ле Гофф показывает два разных ее облика: прекрасный, благородный, поэтический с одной стороны и неприглядный, в чем-то даже уродли­вый — с другой.

подробнее >>
ДЛЯ ЧЕГО ЖУКУ РОГА? Тридцать три считалки
Яснов, Михаил

Книга веселых, добрых, легко запоминающихся считалок «Для чего жуку рога?» Михаила Яснова выходит следом за его книгой скороговорок «Жили были Линь и Язь». Обе с замечательными рисунками Натальи Салиенко. В книге «Для чего жуку рога?» собрались самые разные считалки: считалка зимняя и считалка со снежинкой, считалка с фамилиями и считалка с башмачком, считалка с пончиком и считалка с прятками, считалка утренняя и считалка дождливая, считалка вкусная и считалка несьедобная… И считалка хвастливая «Для чего жуку рога?» А еще роман в считалках – «Жизнь жука»… Так и хочется рассчитаться и начать игру!

подробнее >>
САНКИ, КОЗЕЛ, ПАРОВОЗ: роман
Генкин, Валерий

Герой романа на склоне лет вспоминает детство и молодость, родных и друзей и ведет воображаемые беседы с давно ушедшей из жизни женой.

Воспоминания эти упрямо не желают складываться в стройную картину, мозаика рассыпается, нить то и дело рвется, герой покоряется капризам своей памяти, но из отдельных эпизодов, диалогов, размышлений, писем и дневниковых записей — подлинных и вымышленных — помимо его воли рождается история жизни семьи на протяжении десятилетий.

подробнее >>
ДИДОНА
Клини, Мария

В сборнике три поэмы на мифологические сюжеты, три женских образа, трагических и страстных, — Дидоны, Кассандры и Медеи. В сильных строках Марии Клини звучит голос древних морей. Полны страданий речи карфагенской царицы. Непреклонна Кассандра в зареве горящей Трои. Ярится Медея. Время им нипочем. Они вечны, и не умолкают их голоса, дерзкие и любящие, гневные и кроткие — не то плеск, не то гром, не то шепот.
«Odi et amo».
подробнее >>