© ООО «Текст», 2018
e-mail: text@textpubl.ru





Уважаемые авторы! 
В связи с переполненностью редакционного портфеля издательство "Текст" до конца 2018 года прекратило принимать рукописи от авторов. 
Сожалеем и до скорых встреч!
Серии издательства
"Билингва"
"Квадрат"
"Искусство..."
"Коллекция"
"Краткий курс"
"Открытая книга"
"Проза еврейской жизни"
"Чейсовская коллекция"
"Классика"
"Ильфиада"
"Детская книга"
Вне серии





.

поиск >>
рецензии
контакты

«ТЕКСТ» — самое старое из новых издательств. Основано в 1988 году. Мы отдаем предпочтение добротным книгам, написанным в разное время, но по разным причинам так и не дошедшим до российских читателей. Мы не ограничиваем себя жанрами, а лишь стараемся, чтобы среди наших книг не было серых, или, как теперь говорят, «никаких». Вот, собственно, и вся наша издательская политика. Эта нехитрая затея — издавать те книги, что нам самим по душе, — нам до сих пор нравится. Нашим читателям вроде бы тоже.

Каталог
События



Катулл Гай Валерий
СТИХОТВОРЕНИЯ

Gaius Valerius Catullus
CARMINA


Серия "Билингва"

Перевод с латинского
М. Амелина

2010 год
2000 экз.
445 стр.

ISBN 978-5-7516-0907-8


Эта книга — полное собрание дошедших до нас сочинений Гая Валерия Катулла (ок. 87 до н.э. – ок. 54 до н.э.), одного из наиболее выдающихся римских лирических поэтов, современника таких исторических фигур как Цезарь, Цицерон, Красс и Помпей.

Катулл первым описал любовь как абстрактное переживание, а не физическое влечение к определенному индивидууму, задумался над парадоксами своих чувств, что отразилось в формуле «Odi et amo» («Ненавидя, люблю»), наверное самой знаменитой его строчки.

Стихотворения даются в новом переводе Максима Амелина, заслуженно получившим звание «архаиста-новатора».

Из предисловия:

...О жизни Гая Валерия Катулла Веронского [87 – 54 гг. до Р. Х .] не сохранилось практически никаких достоверных свидетельств. Все подлинные сведения о поэте содержатся только в его собственных произведениях.   
Катулл был выходцем из Вероны, провинциалом-транспаданцем, чей круг литературного общения составляли такие же, как и он, провинциалы-земляки, живущие в Риме на птичьих правах, за исключением «коренных» римлян Ликиния Кальва [см. № 15 (XIV), 52 (LIII), 97 (XCVI)] и Манлия Торквата [см. № 61 (LXI), 68 (LXVIII)], которые для Катулла являлись не только друзьями, но и покровителями.

Провинциалы были частично ограничены в правах и считались людьми второго сорта, какими бы богатствами, достоинствами или талантами ни обладали. Только в 49 г. до Р. Х ., уже после смерти Катулла, северные провинции получили все права римских граждан. Хотя отец поэта, по свидетельству Светония, и принимал некогда в своем веронском доме
Гая Юлия Кесаря, ошибочно причислять Катулла к римской «золотой молодежи», склонной к одним лишь развлечениям и не слишком приспособленной к осознанному и трудоемкому творчеству.

Вообще, все великие латинские поэты происходили из провинций. Столичный Рим, как республиканский, так и императорский, притягивал и собирал их отовсюду. Центростремительность Рима хорошо видна на фоне центробежности Древней Греции, где одни поэты постоянно передвигались по всей эллиноговорящей территории, а другие — могли никогда и не выезжать из родного города.

Великая поэзия возникает на стыке нескольких культур с их этикой и эстетикой, обрядами и фольклором, обычаями и представлениями о красоте. Так, в поэзии Катулла столкнулись не только архаика Греции и новизна современного ему Рима, но и умеренная консервативность родной Транспаданской Галлии. Обнаруживается это прежде всего в языке и стиле.

Его поэзию можно определить как поэзию отношений — отношений между человеком и богами, человеком и человеком, человеком и предметами, живым и мертвым.

«Великие произведения искусства <…> имеют то свойство, что разные эпохи вычитывают в них не одно и то же, по разному толкуют их смысл. Происходит это не только оттого, что новые поколения читателей приносят новые понимания, но и оттого, что сами произведения уже таят в себе вполне законную возможность понимать их по разному. Потому то они и «вечны»... и обладают способностью к постоянному самообновлению», — верно заметил Владислав Ходасевич.

Эти слова справедливы и по поводу поэзии Катулла, не превратившейся в «памятник древнеримской литературы». Для романтиков Катулл — романтик, для символистов — символист, для постмодернистов — нет большего постмодерниста. Александр Блок, например, находил у Катулла [см. № 63 (LXIII)] даже предчувствие грядущего христианства (возможно, не случайно единственный экземпляр «Книги Катулла Веронского» сохранился именно в монастыре).


КНИГА КАТУЛЛА ВЕРОНСКОГО
Первый свиток

О Венеры и Купидоны, плачьте,
сколько есть, все чувствительные люди!
Воробей ибо мертв моей малышки,
воробей, баловство моей малышки,
кто дороже ей был зеницы ока,
меда слаще и кто свою хозяйку
так же знал хорошо, как дочка маму,
кто, колен никогда не покидая,
но порхая вокруг то так, то этак,
ей одной лишь чирикал беспрестанно.
Он спешит по дороге мрачной нынче
в край, откуда никто не воротился.
Будь неладен же, челюстями мрака
Орк снедающий красоту любую,
воробья, столь прекрасного похитив.
О злодейство! о воробей-бедняжка!
Ты причиной, что у моей малышки,
опухая от слез, краснеют глазки!

Назад в раздел

     Фрагмент из книги Меира Шалева Глава "Италия в саду" из книги Меира Шалева "Мой дикий сад": http://prochtenie.ru/passage/29387
     О новой книге Меира Шалева "Мой дикий сад" "...в книге есть поразительный момент, когда автор сидит у окна, смотрит на цветы, и тут ему приходит в голову, что на самом деле окно – это рама для картины, а цветы – палитра). Получается такой ворох разрозненных заметок о цветах, насекомых, опылении, жизни, корнях, творчестве, философии – тот случай, когда с книжкой можно медитировать, открыв ее на любом месте..." ("Читатель Толстов" о книге Меира Шалева "Мой дикий сад": http://baikalinform.ru/chitatelb-tolstov/chitatelb-tolstov-novinki-perevodnoy-prozy-novyy-roman-bakmana-nakonets-to
      «Беглец из преисподней» - в обзоре новинок переводной прозы Книга Бернарда Липмана «Беглец из преисподней» - в обзоре новинок переводной прозы "Читателя Толстова":
http://baikalinform.ru/chitatelb-tolstov/chitatelb-tolstov-inostrannye-chetyre-otlichnyh-knigi-perevodnoy-prozy
     "Пансионат" П.Пазиньского - на "Эхо Москвы" "Легче разглядеть истлевшую тень минувшего, чем зарю будущей жизни..." (Петр Пазиньский. "Пансионат")
"Воспоминание о детстве и попытка вновь увидеть мир, населенный людьми, которых уже нет..." (Николай Александров "Эхо Москвы") https://echo.msk.ru/programs/books/2216306-echo/
     Интервью с Меиром Шалевом - «Лента.ру» С гостем книжного фестиваля на Красной площади, классиком израильской литературы Меиром Шалевом, автором «Русского романа», «Эсава», «Голубя и Мальчика» и множества других романов, а также новинок - эссе «Мой дикий сад» и серии книг для детей про кота Крамера, побеседовала обозреватель «Ленты.ру» Наталья Кочеткова: https://lenta.ru/articles/2018/06/13/shalev/

Все события >>
Хорошие книги
ВОКРУГ СВЕТА ЗА 80 ДНЕЙ. Мое первое путешествие
Кокто, Жан

Впервые на русском.

Два француза решают повторить маршрут героев романа Жюля Верна. Что это? Погоня  за детской мечтой, причуда скучающих интеллектуалов? Роман Жана Кокто – дневник путешествия, совершенного «по свету стремглав».

Но этот поверхностный, казалось бы, взгляд под влиянием первого впечатления  выхватывает то, что на самом деле и есть суть незнакомого экзотического мира, в котором, однако, неизменно чувствуется присутствие европейской цивилизации, ее рассвет и угасание. Выпуклое отражение восточного и западного духа, романтичная, экспрессивная, но вместе с тем очень точная в своих деталях картина становится тем увеличительным стеклом, сквозь которое уместно взглянуть на мир сегодняшний в его эволюции из двадцатого в двадцать первый век и убедиться, что меняется в нем многое и почти ничего.

подробнее >>
ЧЕЛОВЕК ЛИ ЭТО?
Леви, Примо

Книга «Человек ли это?» принесла итальянскому писателю Примо Леви (1919–1987) всемирную известность.

В двадцать четыре года он, выпускник Туринского университета, считавший себя итальянцем, был депортирован в Освенцим, как и тысячи европейских евреев. Знание немецкого языка,   потребность нацистов в химиках и счастливая судьба помогли Леви выжить.

После освобождения он написал первую книгу дилогии «Человек ли это?», которая  в Италии была названа Книгой века. О том, что происходило потом, рассказывает следующая книга дилогии «Передышка».

подробнее >>
ЖИТЕЙСКИЕ ИСТОРИИ. Из старых тетрадей
Полищук, Рада

В новую книгу Рады Полищук вошли избранные ранние рассказы, повести и миниатюры из первых рукописных тетрадей – трогательные и непосредственные. Многие написаны более тридцати лет назад и не были опубликованы.

подробнее >>
ПОЧТИ ЗАБЫТОЕ ИСКУССТВО ПРАЗДНОСТИ
Лаферьер, Дани

Книга о том, как насытить жизнь радостью, впитывая красоту и уникальность каждого мгновенья. Дани Лаферьер, канадский писатель гавайского происхождения, член Французской Академии и лауреат престижных премий, утверждает, что овладеть искусством праздности не так просто, как может показаться, и это искусство не терпит лени. Умение любить окружающий мир — от цветка до бескрайнего моря, от Песни Песней до Борхеса — способен обрести лишь тот, чье сердце открыто и искренне, ум пытлив, а взгляд наблюдателен.

подробнее >>
ТИСТУ – МАЛЬЧИК С ЗЕЛЕНЫМИ ПАЛЬЦАМИ
Дрюон, Морис

23 апреля 2018 г. прославленному французскому писателю Морису Дрюону исполняется 100 лет. «Тисту» — единственная детская книга, написанная мастером исторического романа, лауреатом Гонкуровской премии, участником антифашистского Сопротивления, членом Французской академии и министром культуры Франции. Эта книга издана на многих языках и любима многими поколениями читателей. Её заслуженно сравнивают с «Маленьким принцем» Сент-Экзюпери.

подробнее >>
ДИДОНА
Клини, Мария

В сборнике три поэмы на мифологические сюжеты, три женских образа, трагических и страстных, — Дидоны, Кассандры и Медеи. В сильных строках Марии Клини звучит голос древних морей. Полны страданий речи карфагенской царицы. Непреклонна Кассандра в зареве горящей Трои. Ярится Медея. Время им нипочем. Они вечны, и не умолкают их голоса, дерзкие и любящие, гневные и кроткие — не то плеск, не то гром, не то шепот.
«Odi et amo».
подробнее >>